Дядя Гера и инопланетяне

Иногда случайно в ленте найдешь необычайно душевный текст,  хороший стиль и простое человеческое  и очень  светлое выражение своих мыслей (Да еще и на тему…смерти) и порадуешься лишний раз))))).  Редко в последнее время подобное читаю. Нынче все, что связано с жизнью в России и россиянами  в моей ленте — или агрессия, или  никчемный пафос, или Путин. А хочется вот такого дяди Геры побольше. И радужности восприятия бытия. И обязательно с  юмором.

Примечание: Кстати, в этом рассказике очень популярно и опять же душевно- счастливо- ментально и божественно местами ( но не помпезно)))) про жизнь и смерть обычного российского человека ( обывателя, если хотите). А еще есть момент по «буржуев»)))))) и «классовость», что часто так волнует россиян в Италии, как я поняла.

инопланета

Звоню позавчера маме в Магнитогорск:

—       Мамуль, привет! Как дела?

—       А ты мою эсэмэску получила?

—       Нет. А что?

—       Вчера дядя Гера умер…

 

Дядя Гера – муж тёти Клавы, моей двоюродной бабушки. Очень колоритная парочка: он – десятипудовый увалень под два метра ростом, она – маленький сухой воробышек. Этакие Папанов и Ахеджакова.

Дядя Гера очень любил рыбачить и был не промах заложить за воротник, за что часто огребал от тёти Клавы: она умела пройтись по могучему телу супруга ссаной тряпкой, потому что сама работала кладовщицей на мясокомбинате и знала, как обходиться с крупными тушами – не только c разделанными, но и c живыми, когда те покушались на разделанные. Сама же исправно возвращалась с работы домой, обвешанная кусками мяса на голое тело – как солдат, вынесший на себе полковое знамя с поля боя. Ведь на утро ей надо было наварить любимому Герочке борща на завтрак.

Дядя Гера сносил побои жены с достоинством слона, которого кусает муха цеце и при этом приговаривал: «Моя Клавочка, мой цветочек, что тряпка? — возьми палку!» – и мгновенно погружался в глубокий сон, разливая храп по общежитию буровиков, в котором они прожили всю жизнь.

Вообще, у Геры это была любимая фраза: «Возьми палку и **ни по фаре!» — потому как не любил буржуев: любая среднестатистическая семья-обладательница ржавой «копейки» сразу попадала в разряд классовых врагов. Первая отчётливо выговоренная фраза моего сына Марселя была именно эта: «Возьми палку и **ни по фаре», усвоенная им во время его прогулок с Герой до ближайшей винной палатки.

Меня дядя Гера тоже многому учил в раннем детстве. Помню, годика так в три пошли мы с ним и тётей Клавой на Центральный крытый рынок Магнитогорска. Тётя Клава проверяла сушёную пелядь на твёрдость о прилавок, а дядя Гера оценивал свежесть пива в сантиметрах пены. Потом мы вернулись с добычей в их маленькую однокомнатную квартиру на ул. Сталеваров, где мне был вручён рыбий хвост и нормальный такой стакан пива с пенистой шапкой. Помню свои странные ощущения: по фактуре пиво напоминало кислородный коктейль с маминой работы, но на вкус было горьким. Но раз дядя Гера сказал пить – надо пить! Вот варёные раки были действительно вкусными.

А ещё —  дядя Гера плёл мне чёртиков из капельниц, которые мама приносила с работы. А однажды он мне доверил зачеркнуть циферки в карточке «Спортлото», и мы выиграли 15 рублей, на которые он купил мне шоколадных конфет «Мишка на Севере».

А однажды дядя Гера пропал. Он ушёл на рыбалку с друзьями и не вернулся. Из показаний друзей: «Герка пошёл поссать и — с концами. Ждали-ждали – что делать? – собрали все удочки и вот, пришли…»

Уж вечер близился, а Германа всё не было. Потом был второй, третий… И вот, на закате четвёртого дня безрезультатных поисков пропавший объявился сам. Некоторое время он молчал, на контакт с тётей Клавой не шёл. Тряпки и палки воздействия не возымели. Тётя Клава интенсивно откармливала исхудавшего и осунувшегося мужа борщём с двойной порцией мяса. Наконец, Гера сухо выдал: «Клавдия (в этот момент Клава похолодела, ибо никогда прежде она не слышала в свой адрес такого обращения). Меня похищали инопланетяне. Вышел я из палатки поморосить, а тут – Они…»

Показания Геры были приняты безоговорочно и по сей день в семейном кругу считаются единственной официальной версией его загадочного трёхдневного отсутствия…

 Услышав от мамы печальную новость, я позвонила своей тётке Любе, чтобы выразить соболезнование в связи с кончиной её отца. На том конце ответил звонкий жизнерадостный голос:

— Танюшка, а мы тут на трассе с водителем чай пьём. А батянька – в газели лежит. В Магнитку едем. Мы все так радуемся, что он на Пасху помер. Я тут в церковь зашла свечку поставить, а мне сказали: «Так вам повезло! Те, кто на Пасху умирают – они прямиком в рай летят!». А потом я пошла купила костюм и туфли. Представляешь, Танюшка? — при жизни всё никак не подходило, не попадала с размером. И туфли тоже: мне сказали, если не подойдут – мы их разрежем. А сёдня утром приехала я батяньку забирать – а всё ему подошло: и костюм, и рубашка, и галстук, и туфли. Лежит как жених! Красивый такой… Да и вообще, он не противный был: у меня всё как по маслу: все справки, бумажки, разрешения… всё-всё-всё! У тебя-то как дела, нормально? Ну всё, целую, созвон!

 

P.S. Я знаю, что на этот раз инопланетяне дядю Геру уже не вернут. Вы, инопланетяне, помните там: пиво должно быть с высокой пеной, пелядь – твёрдая. И… это… фары свои берегите!

Источник 



Комментарии: