Biorobot Masha e l’Orso muto

маша и медвведь

В Италии  часто показывают «Машу и Медведя», а в магазинах с продуктами из России (в Вероне это, например, магазин под названием «Калинка») в качестве матрешек стали продавать пластиковых Маш и Медведей (как водится, сделанных в Китае).

«Uno dei cartoni pi? divertenti!!! Tra i miei preferiti!!!» — восклицает одна моя итальянская знакомая.

Это аннотация к мульфильму на канале Rai:

«La serie ha la leggerezza della commedia e segue con tenerezza la piccola protagonista Masha e il suo grande amico, l’Orso: ogni loro avventura ? una metafora della relazione tra il bambino e il mondo. Ogni episodio si snoda come una sitcom ricca di gag e sintetica nei dialoghi catturando l’attenzione dei bambini fin dai primi istanti.

La serie si basa su una vecchia fiaba molto popolare in Russia in cui una bambina incontra un grosso orso a cui riesce a sfuggire. Qui ? il grande Orso che sarebbe ben contento di poter sfuggire ogni tanto alla piccola Masha, che ogni giorno con la sua intraprendenza travolgente lo trascina suo malgrado in incredibili avventure e rischia spesso di farlo finire nei guai…»

А это мнение одного психолога из России:

«… Как специалист, я считаю, что этот мультсериал наносит вред детской психике, более того, с психологической точки зрения — это «информационная бомба», заложенная под российский менталитет. Исторически так сложилось, что в России женщина — та, кто поддерживает мужчину, помогает ему в его труде, эмоционально и энергетически подпитывает, принимает, бескорыстно жалеет, сочувствует. Максимальное воплощение этой роли — любящая и бескорыстно отдающая свою любовь мать. Именно эта позиция женщины столетиями помогала нашей стране преодолевать трудности, сохраняя себя. Именно этот образ, воплощенный, в том числе, и в искусстве. Сейчас, благодаря появлению информационных технологий, созданные кем-то мультипликационные фильмы может увидеть множество детей. Какие образы они закладывают в них и насколько эти образы соответствуют нашей ментальности?

В первой серии мультфильма происходит знакомство с героями. Мы ещё не видим всех, но, как только девочка появляется на экране, видим реакцию животных — все зверюшки прячутся понадежнее, так как идет разрушительная сила, которая опасна. С самого начала закладывается противодействие ребенка и природы. Как психологи, мы знаем, что маленькие дети, наоборот, часто ассоциируют себя с животными, они воспринимают себя как часть природы и находится в гармонии с ней. Авторы мультфильма эту связь разрушают, показывая ребенку, что окружающий мир и все, кто в нем живет — всего лишь средства для достижения твоей цели.

Как развивается сюжет дальше? Мы видим, что *** очень сложно определить границы своего поведения. Мы можем вспомнить старинную русскую сказку о Маше и медведе: придя в дом к медведям, героиня этой сказки не садится за стол на место папы-медведя, а выбирает адекватное своему возрасту место медвежонка, то есть — место младшего. К сожалению, героиня мультфильма ведет себя иначе, проявляя непочтительность по отношению к Медведю (который одновременно воплощает и образ сакрального для нашей страны животного, и образ отца) и постоянно безнаказанно нарушает социальные нормы, получая за это позитивное подкрепление. То есть, отец не является авторитетом, отца можно использовать как угодно. Послание, которое скрыто получают девочки при просмотре этого мультфильма: «Мир — это интересное место, где ты — главная, ты можешь играть с этим миром и делать всё, что хочешь. Даже если ты нарушишь все социальные табу, с тобой всё будет хорошо». На детей это действует страшно, потому что позитивное подкрепление учит их тому, что такое поведение — безопасное и желательное. Но, как взрослые люди мы знаем — это не так.

Спектр эмоций, которые демонстрирует Маша, очень ограничен — даже не самый развитый ребенок испытывает намного больше эмоций, чем героиня. Фактически, все её эмоции проявляются только в области когнитивных переживаний — ей что-то интересно, ее что-то удивляет, забавляет и она хочет что-то узнать. Это всё. Она не сочувствует никому и даже свою собственную боль, например, когда падает, она не переживает. Как биоробот, она не воспринимает критику, к состоянию окружающих относится равнодушно — в одной из серий она создает очень трудную ситуацию для Деда Мороза (сакральный, архетипический персонаж) и забавляется этим. И таких примеров можно привести множество.

Как специалиста меня больше всего беспокоит, что авторы мультипликационного сериала по каким-то причинам, сознательно или неосознанно, создали для наших детей героиню, которая лишена способности любить. В ней нет того, что лежит в основе женского начала — принятия, сочувствия и нежности. Мы знаем, что дети учатся воспринимать этот мир, подражая любимым героям. Образ героини — это пример, на который будет ориентироваться маленькая девочка, поэтому психологам и родителям нужно очень внимательно посмотреть на тот образ героини, которые создали авторы, и решить для себя — хотят ли они, чтобы дети воспринимали мир и общались так, как общается Маша? А как эта выросшая Маша будет относиться к собственным детям? Ведь не секрет, что современные матери часто отказываются кормить грудью своего ребенка, боясь испортить фигуру, и отказывают им во внимании и любви, когда они плачут в трехнедельном или в трехмесячном возрасте, или ближе к году, считая, что ребенок манипулирует ими своим криком. А на самом деле у ребенка просто кишечные колики или начинают резаться зубки, ему просто больно и страшно. Достаточно маме его обнять и прижать к себе, и боль и страх уходят, но для этого выросшая Маша должна уметь чувствовать чужую боль как свою, а вот наша Маша из мультфильма этого практически не испытывает.
Возвращаясь к началу разговора: я хочу подчеркнуть, что проблема правильной сертификации медиапродукции сейчас очень актуальна. Психологи должны, в сотрудничестве с другими специалистами, защищать детей от неконтролируемого медийного контента».

Мое мнение: 

В России великое множество замечательных мультфильмов ( которые не стыдно показать и за пределами), а как блестящий медийный продукт преподносится нарочитая Маша и Медвед, не оригинальная с точки зрения идеи ( были уж, к примеру, «Том и Джери»), не впечатляющая в художественном исполнении (нарочитая «японская» ( выпученные глаза и неестественно большая голова)  няшность главной героини, почему-то отдает  «телепузиками»).

Ну, и о ментальной образности: гипертрофированный образ беспардонности, «напроломности», наглости, «простоты, которая хуже воровства» итп.  И какой-то недюженой выживаемости. Это не ребенок. Это точно какой-то сложный биоробот. Хотя, биороботы нынче как раз в моде.))(((.

Что касается членораздельной речи, то как раз тут не надо было тратиться на перевод.  Набор слов Маши совершенно «эллочколюдоедский», а Медведя — вообще какие-то непроизвольные звуки. Или он просто   «muto», согласно задумке авторов.

С точки зрения педагогики… Великая Мария Монтесорри этого бы явно не пережила, если бы жила в наши дни и видела, что нынче демонстрируется маленьким итальянцам.

А это Михаил Жванецкий. Чувствуете некое созвучие?? С той самой Машей?

Все молча ждут, пока передний разместится, мы пролезаем под локоть, за спину, мы в нетерпении подталкиваем впереди стоящего: он якобы медленно переступает.

Мы спешим в самолете, в поезде, в автобусе, хотя мы уже там.
Мы выходим компанией на стоянку такси и в нетерпении толкаем посторонних. Мы спешим.
Куда? На квартиру.
Зачем? Ну побыстрее приехать. Побыстрее собрать на стол.
Сесть всем вместе….
Но мы и так уже все вместе?!
Мы не можем расслабиться.

 

 

 



Комментарии: